old_fat_toad: (Default)
[personal profile] old_fat_toad
"Ужасы Хеллувина или Ты сожрал мои носки"

Осень выдалась теплая, и жаба Гвендолен с крысой Грызалиндой не торопились перебираться наверх, в их зимнюю квартирку возле печной трубы, под крышей большого лисьего дома. В жабином шалашике, торжественно называемом дачей, им так хорошо спалось под теплыми одеялами, а дикий виноград, оплетавший домик со стороны двора, радовал глаз невиданными оттенками пламени и багрянца.
К тому же на огороде, где крыса и жаба выращивали себе разные приправы, еще не все было убрано. Качались последние укропные зонтики, ожидая, когда они понадобятся для бочоночка квашеных помидор, белела капустная голова… а самое главное – в этом году у них выросла неожиданно громадная полосатая тыква!
Тыква выросла какая-то необъятная, они даже озадачились, как им ею распорядиться. Крыса предлагала вырыть погреб, закатить туда тыкву и всю зиму понемножку ее есть, но Просто Филин (Филин Ф.Филин) не проявил трудового энтузиазма, а жаба засомневалась, что из этого копания что-нибудь получится. Что делать - было непонятно, и тут Филина осенила мысль: Хеллувин!
- Тетки, так Хеллувин же на носу!
- Ну и что? – не поняла Грызалинда.
- Ну как что? Праздновать надо.
- В страшилищ переодеваться? – с сомнением спросила Гвен. – А на тебя простынку накинем, и ты будешь летать и ухать?
- Вам и переодеваться не надо, - ухмыльнулся он, предусмотрительно перебравшись на высокую ветку красного клена. – А из тыквы сделаем это… как положено. Глаза там, рот. И внутри свечи. Красотища какая в саду будет! Хеллувин что надо!
Неожиданно эта мысль понравилась жабе с крысой, они отложили расправу с негодяем на потом и принялись обсуждать идею. Выходило, что из тыквы надо вынуть всю мякоть, просушить корку и протянуть туда удлинитель для лампочки.
Крыса прогрызла в тыкве дверь, мякоть была аккуратно вынута и сложена в бочку, глаза и зубастый рот прорезали согласно образцам. Задач оказалось две: дождаться, пока тыква высохнет, и с пользой употребить тыквенную мякоть. Жаба принялась за готовку…

В следующие за этим дни приятели питались исключительно разнообразно: тыквенный суп, пирожки с тыквенной начинкой, тыквенная икра, тыква в маринаде, пудинг из тыквы с томатно-тыквенным соусом, тыквенное печенье, цукаты из тыквы, тыквенные оладьи, печеная тыква с ванильным соусом и так далее. Всего этого было много, было вкусно, но чертова тыква все не кончалась.
- Ешьте пирожки, ешьте, - причитала Гвендолен. – пора на следующие тесто ставить, а еще этих полкорзины. Ведь хорошо вышло, пышно.
- Пышно-то пышно, - ворчали едоки, – вкусно, но уже же не лезет.
- А можно еще сока надавить…
Жаба переживала, что тыква пропадет. В результате объевшийся Филин уснул на карнизе, свалился в огород и помял какую-то особо ценную осеннюю рассаду заморской специи, за что был подвергнут побиванию свекольной ботвой, но уверенности в том, что он это побивание заметил, не было. Поэтому Грызалинда безжалостно разбудила его и отправила сушить тыкву изнутри феном.
Сами они тоже едва дышали от сытости, а в блокноте у жабы уже не оставалось неиспробованных тыквенных рецептов. Крыса и Филин в глубине души дали страшную клятву в жизни больше не есть, а Гвен – еще и не готовить ничего тыквенного.

Так прошло несколько сытых и тихих осенних дней, листья облетали, во дворике пахло то пирогами, то жареным луком, как вдруг друзьям неожиданно пришел емейл от Хаюси.
Племянница Грызалинды писала, что к ним скоро заглянет в гости ее давний приятель – пришелец Трюмпе-Стрюмп. Что он с виду очень странный, и она даже не может описать какой: он весьма текучий, а цвет меняет так и вовсе непрерывно, но в общем добрый и веселый. Все время хохочет и если что надо – всегда готов помочь: канаву выкопать, лес спилить, все это ему нетрудно, потому что он летает на блюдце, а в том блюдце каких только механизмов нет.
- Что значит «текучий»? – сварливо спросил Филин. – Жидкий он, что ли? В блюдце своем? Прилетит блюдце с кашей, поди пойми, как с ним обходиться…
Жаба и крыса задумались. В самом деле, если гость вроде супа, да еще в блюдце, то где его разместить? Куда положить спать, в кастрюльку?!
- Да нет, кажется, не жидкий, - вспомнила крыса. – Когда он им помогал с муравьями справиться, вылезал из своего блюдца. Значит, держится. Просто он форму может менять как угодно.
- Как это? - не поняла Гвен.
- Ну, например, надо ему три руки - он три высовывает, надо пять так пять, а когда отдыхает, то и вовсе круглый и без рук, - пояснила крыса.
- Вот это здорово! – оживился Филин. – Нам бы так.
- А как же мы его узнаем? – озаботилась Гвен. – Хаюся пишет, что он всегда разной формы и разного цвета? А какой он будет?
- Вот можно подумать, что вокруг вас туча блюдец летает, - буркнул Филин.
- Хаюся пишет, что он всегда хохочет, - сказала Грызалинда. – прямо ухохатывается. И вежливый очень. Кланяется и хохочет, хохочет и кланяется. Вот как прилетит кто-то и начнет хохотать, так и будем знать, что это наш. А цвета, когда она его видела, он был то зеленого, то фиолетового, а то в розовый цветочек.

И они продолжали наслаждаться теплой осенью, любоваться желтыми и пламенными кронами деревьев и вязаным кружевом винограда, сгребали снова и снова падающие листья, старательно поедали тыквенные пельмени и наполеон с тыквенным кремом и обсуждали, как красиво будет светиться оранжевый тыквенный фонарь. Пока в один тихий вечер не услышали какое-то жужжание и рокот. Рокот усилился и затем оборвался на огороде, где сушилась Хеллувинская Тыква. А в небе зависло летающее блюдце.
Крыса выцарапалась из гамака, жаба ссыпалась с кресла, и они потрусили на огородик, но вместо ожидаемого сиреневого пластичного хохотуна в цветочек в огороде шевелилось нечто черное, величиной с большой мяч, похожее на морского ежа. И оно не хохотало, а шипело!
- Ой, что это? – испугалась Гвен. – это не наш пришелец! Он не хохочет!
- И не разноцветный! – добавила Грызалинда. – Прячься скорей!
Подруги спрятались в зарослях лопуха, чуть не померев со страху, когда натолкнулись на уже засевшего там Филина.
Страшное продолжало шипеть, медленно приближаясь к тыкве на восьми коротеньких ножках, и полыхая малиновыми полосами. Из морского ежа оно преобразилось в продолговатую восьмерку.
- Мне страшно, - прошептала Гвен. – Если это не наш пришелец, то какой-то завоеватель?
- Думаешь, началось это… пришествие? То есть нашествие? – Грызалинда тоже струхнула. - Тогда я не выйду отсюда до самого ушествия!
- Вторжение! – страшно прошипел Филин. – Будем наблюдать!
Существо приблизилось к тыкве, испустило из себя длинное щупальце и ткнуло ее в бок. Потом пощупало. Потом понюхало и заглянуло внутрь. И тут случилось неожиданное: чудовище пошло зелеными и синими разводами, шлепнулось на грядки и принялось хохотать: У-хохохо, ох, ха-ха-ха, йоу, хехехехе, гы-гыгы, и так далее. Оно сучило коротенькими ножками и утирало слезы щупальцем, хлюпало носами и постанывало.
- Слушайте, наверное это все-таки Трюмпе-Стрюмп, - прошептала Грызалинда. – Ну в точности так его Хаюся описывала!
Просто Филин, вспомнив, что он все-таки единственный джентльмен в компании, расправил плечи и выступил из кустов. За ним семенили крыса и жаба.
Завидев группу встречающих, пришелец замахал руками (он уже успел вырастить пять штук) и торопливо высморкался. Вскочив, он достал неизвестно откуда квадратную коробочку, из которой раздался металлический голос:
- Я-Трюм-пе-Стрюмп-спла-не-ты-Три-ха-ха, доб-рый-день-я-к-вам-от-Хаюси.
Трое друзей вразнобой поздоровались, отчего Трюмпе-Стрюмп опять затрясся, но овладел собой и даже раскланялся. Произошло знакомство, в процессе которого он сиял всеми цветами радуги, как мыльный пузырь. Затем процессия переместилась на веранду, порозовевшего гостя усадили в кресло, которое он и заполнил собой, и Гвен стала накрывать к чаю.
- Наверное, когда ему хорошо, он красивого цвета, - шепнула Гвен, - а когда злится, то чернеет.
- Но чего он злился-то на огороде? – не понял Филин.
- Поз-воль-те-вам разъяснить, - начал было Трюмпе-Стрюмп, держа перед собой коробочку-переводчик, - свое-странное пове-дение на огороде… (тут он опять просмеялся). Дело-втомчто – мы, жите-ли-пла-неты-Три-ха-ха, общаемся цветом. Знали-бы-вы, ка-кие нюан-сы-чувств можно пере-дать нежней-шими переливами! Но вот-это-большое-поло-сато …
Тут ему стало совсем худо, он всхрюкивал, притопывал, ухал, обивал себя по бокам и утирал слезы, пока Гвендолен не поднесла ему кружку холодной воды. Схватив ее тремя руками, Трюмпе выпил воду одним духом и закончил:
- вот-это-рыжее-с-полосками-у вас-в саду-его-цвет на нашем язы-ке означает… (он опять зашелся было, но овладел собой) означает «придурок, ты сожрал мои носки»…
Выговорив это, он уронил коробочку-переводчик и упал под стол, но помочь ему было некому. Потому что Филин взлетел на ветку каштана и ухал, вися вверх ногами, Грызалинда поперхнулась чаем и села на диван, а вежливая Гвен скрылась на кухню, откуда донеслось сдавленное кваканье.
- По-это-му я слег-ка-обидел-ся- и не-сразу-понял, что-это фрукт, - пробубнил из-под стола механический переводчик, заканчивая фразу.

…Наконец все пришли в себя, хозяйки вспомнили о приличиях и стали усердно потчевать гостя чаем, надеясь скормить ему побольше тыквенного печенья.
- Да! чуть-не-забыл-тут-уменя- гостинец-вам-отХаюси! – уже почти совсем не хохочущий Стрюмп шариком выкатился к своему блюдцу и принес оттуда аккуратный сверток. – Верту-та-сты-квой!
Филин с грохотом упал с каштана в огород, ломая укроп, но этого уже никто не заметил.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.
Page generated Jun. 24th, 2017 08:41 am